Иные споры

Фонд капитального ремонта начислял клиенту взносы, считая его помещения частью соседнего многоквартирного дома, и требовал 168,5 тыс. рублей. Мы доказали, что торговый комплекс — самостоятельное здание: он построен отдельно по своему разрешению на строительство, стоит на собственном земельном участке и имеет обособленные инженерные сети. В ходе спора фонд снизил требования до 13,6 тыс. рублей, но суд отказал и в этой сумме: помещения клиента не входят в состав многоквартирного дома.

Собственник помещений требовал признать незаконным прекращение подачи воды. Суд согласился, что соглашение о содержании здания не делает клиента поставщиком коммунальных услуг, а доказательств его действий по отключению воды нет.

Финансовый управляющий покупателя-банкрота оспорил оплату поставки как сделку без встречного предоставления, и суд первой инстанции взыскал с поставщика всю сумму. О судебном акте клиент узнал только от судебного пристава: извещения до него не дошли. В апелляции мы добились восстановления срока на обжалование и собрали доказательства реальной поставки: документы холодильного склада, экспедитора и перевозчика, ветеринарные свидетельства и сведения о дальнейшей перепродаже товара покупателем. Заявление управляющего о фальсификации товарной накладной суд отклонил. Встречное предоставление признано равноценным, в признании сделки недействительной отказано.

Министерство здравоохранения потребовало от врача, уволившегося из сельской больницы до истечения пятилетнего срока, вернуть часть единовременной компенсационной выплаты и уплатить штраф. Мы оспорили расчёт: министерство исключило из отработанного времени отпуска без сохранения заработной платы и считало стаж с даты договора о выплате, а не с первого рабочего дня. Суд согласился, что на время такого отпуска место работы сохраняется, и пересчитал неотработанный период. Во взыскании штрафа отказано полностью: договор вытекает из трудовых отношений, а врач продолжил работать в сельской местности.

Дело о банкротстве общества прекратили из-за отсутствия имущества, после чего кредитор потребовал привлечь единственного участника к субсидиарной ответственности по всем непогашенным долгам: за неподачу заявления о банкротстве, сокрытие бухгалтерской документации и непогашение задолженности. Мы показали, что участник не был руководителем общества, не отвечал за ведение и хранение бухгалтерского учёта и не мог распоряжаться деньгами общества, а кредитор не назвал ни конкретных сделок, причинивших вред, ни момента возникновения признаков неплатёжеспособности. Суд не установил причинно-следственной связи между действиями участника и банкротством общества.

Банк пытался обратить взыскание на помещение клиента в счёт долга застройщика размером 85 млн рублей, ссылаясь на ипотеку. Помещение было создано в ходе реконструкции и передано клиенту как инвестору. Суд согласился, что ипотека на него не распространяется.